Сионский мечтатель

Jewish.ru

Наивные представления Теодора Герцля об океанских лайнерах, которые повезут сынов и дочерей еврейского народа в Землю обетованную под аккомпанемент симфонических оркестров, сегодня могут вызвать лишь улыбку. Предсказать подъем арабского национализма ему не удалось, а модель еврейского государства, описанная им в утопическом романе «Старая новая земля», не имеет ничего общего с современным Израилем, пишет на страницах газеты Forward профессор права Междисциплинарного центра в Герцлии Амнон Рубинштейн.

Тем не менее идеи Герцля, чей 150-летний юбилей отмечается 2 мая, отнюдь не устарели. Его видение будущего еврейского государства может даже послужить ориентиром для развития израильского общества.

Стремление к возвращению в Сион возникло еще задолго до Герцля, однако оно было популярным главным образом в среде религиозного еврейства. К концу XIX века мировое еврейство оказалось расколотым на группы по множеству этнических, политических, социальных и религиозных признаков. Мировая диаспора разделилась на ассимиляторов и традиционалистов, реформистов и ортодоксов, социалистов и либералов. Ассимилированные секуляристы из Западной Европы не могли найти общий язык с русско-польскими ортодоксами. Популярная социал-демократическая партия «Бунд», провозгласившая языком еврейской культуры идиш, вызывала недовольство тех, кто этим языком не владел.

И тут явился Герцль, безапелляционно заявивший, что евреи — это единый народ. В наши дни это утверждение покажется банальным, однако в конце XIX столетия мысль, что утонченные берлинские евреи и отсталые йеменские принадлежат к одному народу, посчитали бы крамольной.

Благодаря Герцлю красивые слова воплотились в дела. Одним из главных его достижений стали ежегодные сионистские конгрессы, а также различные организации, объединившие евреев разных стран. Выборы в представительные органы этих организаций происходили на демократической основе и позволяли участвовать в них женщинам (а в то время еще ни одна страна в Европе не ввела всеобщее избирательное право).

Историк Александр Якобсон из Еврейского университета отмечает, что сионистское движение с самого начала развивалось как мультикультурное. Среди делегатов Первого сионистского конгресса, открывшегося в 1897 году в швейцарском городе Базеле, можно было увидеть ортодоксов и атеистов, сефардов и ашкеназов. Большой проблемой стал выбор общего языка. Остановились на немецком, полагая, что делегаты из Восточной Европы, говорящие на идиш, его тоже понимают. В результате идишеязычные депутаты, пытаясь изъясняться на немецком, чуть не «изобрели» новый язык, получивший шутливое название Kongressdeutsch (немецкий язык Конгресса).

На открытии Второго конгресса в 1898 году оркестр исполнял фрагменты из оперы Вагнера «Тангейзер», которую Герцль очень любил, а в кулуарах делегаты из Восточной Европы пели песни на идиш. Конгресс стал прообразом современного Израиля с его мультиэтничностью. Сам Герцль в полной мере осознавал мультикультурность еврейского народа: «Мы представляем собой историческую общность, состоящую из разнообразных антропологических компонентов. Но это не значит, что мы не можем создать общееврейское государство. Ни одна нация не является единой с антропологической точки зрения», — писал он в своем дневнике.

Герцль не разделял точку зрения, что все евреи должны объединиться на основе общих культурных ценностей. Напротив, в книге «Старая Новая земля» он описывает еврейское государство, в котором будут сосуществовать носители совершенно разных культур. По его мнению, страной должна руководить либеральная, ориентированная на Запад элита, которая предоставит равные права всем гражданам — и евреям, и неевреям.

По мнению Герцля, создание еврейского государства не приведет к исчезновению диаспоры. Те евреи, которые останутся «дома», станут полноправными гражданами своих стран, однако лишь в Палестине они смогут ощущать себя по-настоящему свободными людьми.

Герцль был против вмешательства религии в государственные дела: «Раввины будут распоряжаться только в синагогах, как офицеры распоряжаются в казармах, — писал он. — В еврейском государстве будут провозглашены свобода вероисповедования и право не исповедовать никакую религию».

Тем не менее еврейское государство, как оно описано в «Старой новой земле», не является абсолютно секеулярным. Оно базируется на традиционных ценностях иудаизма. Целая глава книги посвящена описанию пасхального седера, а еврейская эмиграция в Палестину приравнивается к исходу из Египта.

Уникальность модели еврейского государства по Герцлю заключается в сочетании приверженности еврейской традиции с готовностью идти навстречу прогрессу. Удивительна и мысль Герцля о двух зданиях, которые появятся в Иерусалиме. На иерусалимской земле будут соседствовать Дворец Мира, символизирующий общечеловеческие идеалы гуманизма (Герцль предвосхитил появление ООН и Международного суда по правам человека), и воссозданный Храм Соломона.

Израильская реальность оказалась совсем не такой, как представлял Герцль. С момента провозглашения независимости еврейское государство не знало ни одного мирного дня, как того желал его провозвестник. Надежда Герцля, что с арабами будет установлен прочный мир не оправдалась. Но все же нельзя утверждать, что ни один из прогнозов Герцля не сбылся. Как он и мечтал, мультикультурный еврейский народ живет на своей исконной родине, еврейское государство базируется на демократических принципах — это уже неплохо. И хотя в остальном мечты Герцля не сбылись, не забудем, что он во многом предвосхитил свое время.

30.04.2010 14-02