Оскорбил – в тюрьму!

Михаил Гольд

К пяти месяцам тюремного заключения приговорил турецкий суд лавочника, вывесившего на дверях своего магазина плакат с надписью: «Евреям и армянам вход воспрещен!».

Любопытно, что осужденный – Ниязи Капа – возглавляет культурное товарищество в городе Эскишекир. Речь идет о первом таком приговоре, хотя подобные лозунги у входов в различные коммерческие заведения встречались в Турции и раньше.

Новейшая история еврейской общины Турции весьма специфична и не сводима к банальному чередованию вспышек антисемитизма и периодов стабильности. Так, в ходе насильственной секуляризации страны во второй половине 1920-х – первой половине 1930-х гг., были отменены уроки еврейской традиции и истории, а изучение иврита сведено к минимуму – от евреев настойчиво требовали, чтобы они перешли в быту с джудесмо (еврейско-испанского) на турецкий язык. Поскольку такой переход рассматривался как проявление лояльности государству, руководители еврейских организаций подхватили лозунг «Гражданин, говори по-турецки!» и стали создавать курсы турецкого языка для взрослых. В результате турецкий стал родным языком значительной части евреев Турции.

Все это вступало в противоречие с Лозаннским договором между Турцией и державами Антанты (июль 1923 г.), согласно которому правительство Турецкой республики гарантировало этническим меньшинствам, в том числе и евреям, равноправие, обещало предоставить им возможность создавать собственные организации и учебные заведения, пользоваться национальным языком.

Несмотря на то, что еврейская община страны выступила за независимость Турции, уже в конце 1922 г. турецкая печать развернула антисемитскую кампанию. Нападки прекратились лишь во второй половине 1920-х гг., когда политическая ситуация в стране стабилизировалась, а евреи добровольно отказались от привилегий, предоставленных им Лозаннским договором.

В 1927 г. в Турции проживало более 80 000 евреев, в том числе около 50 000 – в Стамбуле. Они занимали влиятельные позиции в оптовой торговле, розничной торговле тканями, промышленности и банковском деле. Вместе с тем, евреев не принимали на службу в государственные учреждения и не допускали в офицерский корпус. Тем не менее, когда в 1930-е годы в Турцию прибыли еврейские беженцы из Германии, правительство страны и частные фирмы обеспечили многим из них работу по специальности (только в Стамбульский университет было принято свыше 50 еврейских ученых, из которых более 30 возглавили кафедры).

Власти решительно отреагировали на спровоцированные турецкими нацистами в июле 1934 года еврейские погромы в ряде городов Восточной Фракии. В провинции было введено чрезвычайное положение, а вооруженные силы взяли под защиту евреев и их имущество; многих погромщиков арестовали и предали суду. Власти закрыли газету, которую выпускал лидер группировки Дж. Р. Атилхан, завели на него уголовное дело и наказали чиновников, не принявших должных мер для предотвращения беспорядков.

В 1935 г. в Великое национальное собрание (парламент Турецкой республики) впервые прошел еврей — доктор Абрабия Мармарли. Во второй половине 1930-х гг. премьер-министр Дж. Баяр выступил с заявлением, в котором утверждалось, что в Турции не существует «еврейского вопроса» и нет места «чужеземным течениям» (то есть нацизму); в газетах появились статьи в защиту евреев.

В 1946-м, уже после войны, правительство предоставило евреям возможность служить во всех родах войск и получать офицерские звания.

В течение первых после создания государства Израиль, страну покинуло около 40 тыс. евреев (с санкции властей перевозку репатриантов осуществляла турецкая пароходная компания).

Постепенно ослабло давление на религиозные и общинные институты – в 1953 г. правительство разрешило евреям избрать всеобщим голосованием хахам-баши Турции, при котором начал действовать религиозный совет, а также светский совет из 19 членов (сефардов и ашкеназов). Власти сняли запрет на преподавание в еврейских школах иврита и основ иудаизма; в 1955 г. в Стамбуле открылась раввинская семинария.

Все это происходило на фоне уменьшения еврейского населения, которое сократилось к середине 1950-х гг. до 40 тыс. человек, к 1970-м — примерно до 30 тыс., а к началу нового века — до 20 тыс. человек.

Местные евреи большей частью принадлежат к зажиточным и средним слоям населения; лишь около 300 семей нуждаются в благотворительной помощи. Молодые турецкие евреи, как правило, получают высшее образование (часто в Западной Европе, Америке и Израиле).

Турция, кстати, стала первой исламской страной, позволившей «своим» евреям принять участие в работе Всемирного еврейского конгресса.

Несмотря на это, инциденты, подобные описанному в начале статьи, – отнюдь не редкость, тем более что в последние годы в стране активизировались исламисты. Так, согласно последнему опросу общественного мнения, 52% турков не хотели бы видеть своими соседями христиан, а 64% — евреев.


Поэтому редкость, скорее, – столь жесткая реакция на оскорбление национальных меньшинств, проживающих на территории Турции.

Возможно, речь идет о новой политике официальной Анкары накануне очередного раунда переговоров о вступлении Турции в ЕС. И, чем бы не увенчались переговоры, стремление к европейскому вектору пойдет стране на пользу. Как и ее еврейской общине…

02.06.2009 10-51